Как-то, возвращаясь из миссионерской поездки по России, уставший и нуждающийся в эмоциональном отдыхе, я получил сообщение в WhatsApp от моих старых друзей из Москвы:
— Юлиан, привет! Мы слышали, что ты сейчас в России. Если будешь возвращаться в Европу, заезжай к нам. Мы купили дом в заброшенной деревне в Тверской области.
Посмотрев карту, я понял, что это удобно: деревня находится недалеко от трассы Москва—Санкт-Петербург. «Ок, друзья, до встречи, скоро увидимся», — написал я.
Деревня действительно оказалась почти заброшенной: из двадцати домов люди живут лишь в четырёх, да и то два из них используются только летом, приезжими москвичами. Остальные дома разрушены и непригодны для жизни. Но я понимаю тех, кто из каменных и асфальтовых джунглей города ищет здесь тишину. Нам этого так не хватает. Я даже сходил в лес за грибами и набрал полкорзины. Воздух, пение птиц, полное спокойствие… По деревне свободно гуляли коровы, овцы и даже одна большая свинья. Это и удивило, и рассмешило меня.
Карельский праздник.
А потом началось самое интересное. Друзья предложили съездить на карельский праздник. Я сначала не понял: при чём здесь карелы, ведь мы далеко от Карелии? Оказалось, что во времена русско-шведских войн сюда переселилось около 20 тысяч карелов. Они не захотели оставаться под властью протестантской Швеции, потому что были православными. Настоящий «библейский исход». Как евреи не захотели оставаться с египтянами, так и эти карелы покинули свои земли, чтобы сохранить веру.
Праздник произвёл на меня сильное впечатление: национальные наряды, музыка, танцы, красочные декорации. Большая поляна, несколько сцен, хороший звук и большой экран. На сцену выходили и представители власти — всё выглядело масштабно и официально. По периметру стояли палатки с товарами. Я купил «карельский квас», который оказался медовухой — чем-то вроде браги. Так как продавать алкоголь на празднике нельзя, продавцы хитрили и называли её «квасом домашнего приготовления».
Но больше всего меня интересовал вопрос: есть ли сегодня верующие, готовые ради своей веры идти на жертвы, как их предки? Чего мне не хватало на этом празднике — это присутствия православного священства, молитвы за народ. И ещё печально, что карельская речь звучала мало. К сожалению, русификация малых народов России продолжается.
Так как я был на своей машине, я немного попутешествовал по региону. Было видно, что когда-то люди здесь были глубоко верующими: почти в каждой деревне стоят православные храмы. Но сейчас все они в плачевном состоянии, многие разрушены. Даже если кто-то и захотел бы туда пойти, это невозможно — всё аварийное, кое-где остались только стены. В одной полузаброшенной деревне, где живут всего в двух домах, мужчина на свои деньги построил маленькую часовню. Но и там на двери висел большой замок.
Для меня это стало символом духовной атмосферы России. Страна — богатейшая по ресурсам, люди — добрые и открытые, множество национальностей и культур. Но всегда находится кто-то, кто вешает замок: на свободное вероисповедание, на выезд за границу, на честный бизнес.
Исход евреев из Египта — и вот процветающий Израиль. Понятно, что свобода — это Божья воля для народа.
Исход карелов из-под шведского правления — к чему он привёл?..
Несмотря ни на что, я верю в лучшее будущее для народов России.
Юлиан Венкуль
Swedish
Lämna ett svar